"Кислое яблоко". Нетуристический Нью-Йорк глазами белоруса

/ Просмотров: 1059
Метки: ,

Наверняка многие белорусы бывали однажды в Нью-Йорке. И действительно, «столица мира» притягивает: Центральный парк и Пятая авеню, дух свободы и американская мечта, Вуди Аллен и Луи Армстронг — все это невольно приходит на ум при упоминании главного американского мегаполиса. И заставляет восхищенно о нем думать. Сияющим в огнях обычно его видят туристы и — может быть — студенты, приехавшие по программе Work&Travel. Но таким «большое яблоко» выглядит не всегда. И уж точно — не для всех. Что происходит, когда сворачиваешь с исхоженных туристами троп и начинаешь жить в этом городе; как ездить в метро на «халяву» и где поесть, если в кармане $3. Об этом и не только — в фоторепортаже о нетуристическом Нью-Йорке.

Все фотографии сделаны на мобильный телефон и опубликованы без предварительной обработки, чтобы передать то, что на них запечатлено, в оригинальном виде.

Манхэттенский мост

С него во время поездки на метро открывается вот такой вид. Его обычно показывают тем, кто впервые в «Большом Яблоке». Это Манхэттен с восточной стороны, омываемый East River. Чаще всего поезда идут по этому участку медленнее, чем обычно. Наверное, поэтому среди пассажиров нет восхищенных возгласов при виде открывающейся из окон картины. Если кто-то и бросается фотографировать внешний пейзаж на мобильный телефон, так это туристы. В том числе и сами американцы, живущие не в Нью-Йорке.

Вот такие горы мусора в Бруклине (да и на Манхэттене, конечно, тоже) образуются часто. Лежать эти мешки могут часами. А в некоторых местах (и на этом фото именно такое место), которые почему-то выбраны для складирования всего этого «добра», и вовсе — несколько дней. От этого, естественно, появляется соответствующий запах. Кстати, тема мусора всплывает и в СМИ. Например, один из номеров «I am New York» (самая многотиражная городская бесплатная газета) однажды вышел с заголовком «Sour apple» («кислое», или даже «прокисшее» яблоко).

Снять квартиру

Без документов снять квартиру в Нью-Йорке сложно. Но можно. Большинство русскоговорящих арендуют у своих же. По методу «сарафанного радио». Те, у кого нет знакомых, нуждающихся в «руммэйте», ищут крышу над головой по объявлениям. А также с помощью групп в социальных сетях или газет. К примеру, каждую пятницу в Бруклине выходит «Русская реклама». Shared room (место в комнате) там можно найти от $350. По городским меркам, это очень дешево. Но в приоритете всегда слабый пол. Под некоторыми объявлениями и вовсе можно увидеть надпись: «Сдам место в комнате для девушки бесплатно. В обмен на некоторые услуги». На практике хорошие предложения расхватывают уже к полудню пятницы.

Снимают жилье в Бруклине, потому что это дешевле. Практически из любого его отдаленного уголка можно добраться до Манхэттена за 40−50 минут. Мой опыт съема жилья по похожим объявлениям небольшой. В том числе и потому, что из пары десятков предложений спустя несколько часов после выхода газеты актуальными хорошо если оказывались несколько. Первый раз я смотрел комнату, которая стоила $350 в месяц. Точнее, это было пространство площадью 3×3 метра, вмещающее две составленные рядом кровати. Оказалось, делить его я должен с владельцем дома — русским мужчиной-инвалидом и его домашним хомяком. Вторым незанятым предложением стала комната, которую сдавала бабушка из Казахстана за ту же сумму. Там на такой же площади располагались уже две двухъярусные кровати. То есть — 4 койко-места. Ни в одну, ни в другую комнату я заселяться не стал.

Сами американцы жилье ищут на craigslist. Это такая электронная барахолка, где есть все что угодно. Например, бесплатный диван или телевизор, которые хозяину жалко выбросить. Цены на аренду там повыше. Именно на этом сайте я и нашел жилье. Я снимал комнату в квартире с двумя спальнями в китайском районе Бруклина за $600 в месяц. Путь на метро до Манхэттена от дома занимал около 50 минут. Моим соседом по квартире оказался парень из Литвы, который работал баристой в одном из ресторанов Уильямсбурга (это такое хипстерское место). Из мебели у меня были два шкафа, гардеробная и кровать. Каждый месяц мы дополнительно оплачивали «коммуналку»: биллы за интернет, воду и свет. Всего около $40 с каждого. У системы отопления нью-йоркских домов есть свои особенности. Тепло дают не постоянно, а несколько раз в день. То есть в определенные часы в помещении может быть либо очень холодно, либо очень жарко.

А это — консьерж дома на Манхэттене, где я жил около недели. Спящим застал его не я. Говорят, такое состояние для «дорменов» привычное. Помимо всего прочего, он заведует и запасными ключами от каждой квартиры. Мне рассказали, что, если жилец забыл дома свой, то за услугу воспользоваться запасным придется заплатить $30.

Вообще, на Манхэттене существует много домов, которые построены по типу отелей. Там огромные винтовые лестницы, одинаковые двери квартир, гостиничного вида лифт, жилые общие пространства на крыше или на промежуточных этажах, где есть лежаки, диваны, какая-то растительность или даже бассейны. Такое менее характерно для Бруклина, и тем более - Бронкса или Статен-Айланда.

А вот так выглядят прачечные Бруклина. Они — один из самых давних бизнесов в городе. Все потому, что стирка в «ландроматах» обходится клиентам дешевле, чем та же процедура в собственных стиральных машинах дома, если учитывать плату за воду, которая при этом процессе расходуется. А еще — потому что в некоторых домах наличие стиральных машин вовсе не предусмотрено. В целом сеть «ландроматов» в США обслуживает 90 миллионов человек в год и приносит $5 млрд прибыли их владельцам за этот же период времени.

Наличие прачечной в доме или рядом с ним — это один из плюсов жилья. Например, ближайшее к моему дому «ландри» находилось в 10 метрах от моего подъезда. Суть стирки, в принципе, в описаниях не нуждается. Машина начинает работать, если заплатить ей $2,5 монетами по двадцать пять центов. Здесь же находится и аппарат, который обменивает купюры на монеты. Когда программа закончится, вещи нужно посушить. За 8 минут сушки — те же 25 центов. Здесь можно и погладить вещи, и зашить, и подогнать по размеру. Такими услугами я пользовался только один раз, отдав на глажку две сорочки. За это я заплатил $ 6.

А на этом фото — вечерний Таймс-Сквер. Полиция перекрыла 42-ю улицу: ожидалось, что по ней проедет кортеж Барака Обамы. Для пешеходов оставили маленький перешеек, и чтобы через него пересечь улицу, нужно было стоять минут десять точно. Тогда, я помню, ждал около получаса, чтобы все-таки увидеть то, ради чего все прохожие (в большинстве своем — туристы) останавливались. Но так как времени больше не было, я уехал, так и не дождавшись президента.

От системы метро, как и в целом от общественного транспорта Нью-Йорка, у меня сложились двойственные впечатления. С одной стороны — это действительно хорошо организованная сеть линий, поездов и станций, похожая на единый живой организм. С другой — она имеет немало минусов. В теории, доехать от Коней-Айланд (это окраина Бруклина) до Ван Кортланд Парка (окраина Бронкса) — то есть пересечь почти весь город с юга на север, преодолев 35 километров, — не составит труда и займет около двух часов. Но это в теории. На деле же подобный маршрут может занять вдвое больше времени. Все зависит от многих факторов: дня, времени суток, погоды или трафика.

В выходные, праздники или в ночное время у метро — разное расписание. Отменяются некоторые поезда, составы идут по измененным маршрутам, непересадочные станции не работают, вводятся дополнительные автобусы и так далее. Обо всем этом MTA (частная компания, которой принадлежит вся сеть общественного транспорта в Нью-Йорке) предупреждает заранее, расклеивая сотни уникальных объявлений на каждой станции, где есть какие-либо изменения в движении поездов. Также информация об этом доступна онлайн.

Особая проблема — трафик. У меня был случай, когда поезд, в котором я ехал, остановился в тоннеле на 30 минут. После этого как ни в чем не бывало поехал дальше. Причем подобные простои случаются каждый день. Хотя это, кажется, пассажиров особо не беспокоит: те привыкли. Или вот еще пример. Однажды мой поезд и вовсе остановился на одной из станций, после чего машинист быстро поменял электронную программу на табло, и… состав направился по другому маршруту. То есть это как если бы автобус, следовавший в Зеленый Луг, вдруг развернулся и поехал, например, в Малиновку.

«Зайцев» в метро много. Но белых американцев среди них практически нет. Чаще без билета ездят чернокожие. Такие ребята просто перепрыгивают через турникеты или открывают аварийную дверь. Тем более что сделать это на станциях Манхэттена легко. В отличие от небольших в Бруклине: как правило, там сотрудник MTA строго следит за потенциальными нарушителями. Кстати, последние попадаются и в автобусах — в том месте, где увильнуть от оплаты нереально: на входе открывается только передняя дверь и каждый пассажир «пробивает» карту с помощью специального аппарата, установленного у кресла водителя.

Кстати, еще об автобусах. А точнее, об отношении к людям с ограниченными возможностями. Когда в транспорт намеревается зайти инвалид-колясочник, водитель его обслуживает: помогает зайти внутрь, складывает передние сиденья и освобождает специальное место для коляски. При этом выясняет, до какой остановки тому нужно ехать. Такая процедура иногда занимает довольно долгое время, которое, впрочем, остальные пассажиры проводят в терпеливом ожидании.

В городском метро невозможно не встретить музыкантов. В вагонах русской ветки обязательно есть гитарист, играющий «Как упоительны в России вечера», мексиканской — «Бессамо мучо» и дальше по аналогии. Такие музыканты делают свое дело без каких-либо документов, в то время как профи, играющие на самих станциях, — только с разрешением от полиции. Для него они даже сдают экзамен. И, естественно, — платят налоги. Так что, можно сказать, в стоимость проезда в метро включена еще и музыкальная программа. Зарабатывают и танцами.

Кроме музыкантов и танцоров в метро очень много бездомных. (Как и на улице. К примеру, на Таймс-Сквер есть место около Центрального вокзала, где они живут.) Я несколько раз был свидетелем сцен, когда среди бела дня на оживленной станции бездомные мочились в баночку. Достаточно много их и в Бруклине. Вот такую картину, как на фотографии, можно увидеть часто.

Вот это вид одной из наземных станций в Бруклине. Во время дождя крыша конструкций протекает, и вода образует бесконечный поток, пройти через который весьма сложно. Да и вообще — выглядит все это очень и очень удручающе. Планируется, что все надземные станции Бруклина реконструируют к 2020 году, потратив на это $200 млн.

Фотографировать в подземке можно абсолютно все. Если без штатива и не с профессиональными целями. Причем сотрудники MTA улыбнутся для кадра или даже начнут позировать. Одиночная поездка на метро так же, как и на автобусе, стоит $2,75. Плюс — цена за metrocard $1. Проездной на месяц — $117.

Так выглядела улица, на которой находилась моя языковая школа. Это центральный район Бруклина — Midwood. Это крупная улица, и к тому же здесь находится надземная ветка метро. Поэтому вид, мягко говоря, не очень. Вообще, подобная внешность для крупных авеню — типична. Но стоит зайти, что называется, за угол — и картина меняется на противоположную: аккуратные дома, чистота и отсутствие шума.

А так выглядела школа изнутри. В группе больше 30 человек. Из России, Казахстана, Беларуси, Украины, Молдовы, Румынии, Турции, Японии, Туркменистана, Грузии, ОАЭ, Бангладеш, Индии и других стран. Но в большинстве своем все же это украинские ребята, оставшиеся в США после программы Work&Travel. Они вынуждены учиться, чтобы находиться в стране легально. Остальные — совершенно разные люди. Преподаватели — разношерстные, но имеющие американское гражданство. Среди них и молодые специалисты, и педагоги в возрасте. Занятия проходили с 18:00 до 21:45. Семестр занятий (6 недель) стоил $590.

А так выглядят практически все авеню (улицы гораздо чище и спокойнее) Бруклина. За исключением разве что авеню Уильямсбурга и Бруклин Хейтс — районов, находящихся наиболее близко к Манхэттену. В этой картине меняется только национальный состав жителей и язык, на котором кричит радио из магазинов и квартир. В остальном все те же грязь, запах курительной травы и шум.

А это — городской рекреационный центр. Сюда я ходил, чтобы поплавать в бассейне. Таких по городу очень много: десятки в каждом из районов. Абонемент на год сюда стоит $25 (после 25 лет — $75). Эта цена включает все услуги: бассейн, тренажерный зал, площадки на улице для баскетбола, сквоша, футбола, бейсбола, тенниса; настольный теннис, бильярд, велотрек, компьютерный центр. Каждый день во всех рекреационных центрах проходят занятия по фитнесу, карате и тхэквондо. По абонементу можно посещать все что хочешь и неограниченное число раз. При этом подобные центры считаются низкопробными. Людей здесь не очень много.

Белорусская сгущенка в русском магазине на Брайтон Бич. Не знаю, насколько часто ее покупают. Но по крайней мере на прилавках она есть. Из продовольственных товаров белорусского производства еще можно встретить шоколад фабрики «Коммунарка». Белорусского магазина в Нью-Йорке (и в целом в США) нет. Говорят, нерентабельно. Несколько лет назад работал ресторан «Сябры». Сейчас он закрыт.

А это, собственно, сам Брайтон. Сюда очень редко заезжают американцы. Встретить здесь можно в основном одних и тех же людей. Естественно, русских. А также выходцев из всех постсоветских стран, которые общаются только между собой, ходят друг к другу в гости и, в принципе, никуда не выезжают из этой части Бруклина. Сам пляж каждый сезон закрывают в сентябре, но для русских это не помеха, чтобы искупнуться, если погода хорошая. Поэтому купающихся здесь можно встретить вплоть до ноября. Пляж закрывается летом обычно в 7 часов вечера. Вообще, для общественных мест (парки, террасы) есть свое время работы, которое обычно ограничено до 10−11 часов.

Цены на продукты очень разнятся. Это зависит от типа товара и магазина (бренд, американская ли сеть, далеко ли от Манхэттена расположен). Например, белый хлеб в русском магазине в Бруклине можно купить за $1,99. В супермаркете на Манхэттене — за $4−5. Играет свою роль и пометка «органик». Товары с таким знаком считаются натуральными и стоят вдвое больше их аналогов. Например, литр натурального сока стоит $4−5 в отличие от пачки сока с ГМО, которая потянет лишь на один доллар. Интересная ситуация, как мне показалось, с кефиром. Продукт для американцев новый, поэтому маркетологи его усиленно рекламируют. Пишут на обратной стороне бутылки, что это такое. Мол, что он сделан из молока и улучшает микрофлору желудка.

Так выглядит обед в гондурасском ресторане. Рис с лаймом, суп с кусочком говядины, кукурузой и баклажаном. За него я отдал около $8. Этот ресторан попался мне совершенно случайно. И это что-то из разряда экзотики даже для Нью-Йорка. Потому что в основном на каждом авеню можно найти китайские или мексиканские кафе. На следующем фото типичное мексиканское блюдо — начос. Это кусочки чипсов с запеченным сыром, перцем, листьями салата, маринованным огурцом, говядиной или курицей и кетчупом. Если в кармане, скажем, только $3, всегда можно купить сэндвич.

Мексиканское кафе.

Ну и, конечно, фастфуд из Макдональдса. Насчет ассортимента здесь все точно так же, как и в Беларуси. Да и, наверное, по ценам тоже. Отличие заключается в том, что в Макдональдс в Америке обычно ходят либо чернокожие семьи с детьми, либо всякого рода асоциальные личности, либо туристы. Работают в основном тоже чернокожие. Причем независимо от расположения конкретного ресторана. Здесь едва ли когда-то есть большие очереди.

А так выглядит «закулисье» одного из телешоу на канале NBC. Конкретно это шоу называется «Crazy talk». Двое ведущих — белый парень и черная девушка (таким образом в Штатах демонстрируют толерантность к чернокожим. Но несмотря на это, расизм, по моим ощущениям, просто витает в воздухе) — обсуждают всякого рода смешные (и не очень) ролики, которые им присылают телезрители. К примеру, ролик, в котором хозяйка кошки слизывает с животного шерсть и ест ее. В конце каждого видео публика должна смеяться и аплодировать. В общем это похоже на ужесточенную копию «Сам себе режиссер».

А это работники одного из кафе Уильямсбурга. Вообще, разве что только в Сан-Франциско может быть больше транссексуалов, гомосексуалистов и лесбиянок, чем в «Большом Яблоке». На улице и в метро они повсюду. Героиня (или герой) этого фото (та, которая справа) — фанат Анастасии Винниковой, представительницы Беларуси на конкурсе песни «Евровидение-2011». Узнав, что я из Минска, она сходу напела строчку «I love Belarus…» и попросила передать привет всем белорусам.

И еще в тему открытости и разнообразия жителей и гостей Нью-Йорка. Что-что, а танцевать и получать удовольствие от жизни люди в «столице мира» умеют. На видео — тому доказательство. Кстати говоря, иногда очень сложно определить грань между тем, когда человек, находясь в здравом уме, радуется жизни, выражая себя каким-то образом, и тем, когда он имеет психическое расстройство. Например, меня однажды чуть не поднял на спину парень, бегающий по Манхэттену с пеной изо рта. Проходя спустя пять минут через то же место, я увидел, что его уже откачивают врачи скорой помощи.

Этот кинотеатр я решил сфотографировать, потому что он чем-то напомнил минскую «Ракету» или «Мир». В кинотеатрах в Нью-Йорке много людей только на премьерах. Наверное, такая же ситуация и в нашей стране. Стоит добавить, что по сравнению с театром поход в кино — дешевое развлечение. Я был в кино дважды: на «Стиве Джобсе» и «Голодных играх-2». И оба раза платил $12 за билет.

Такие автолавки в Бруклине на каждом перекрестке и у станций метро. Фастфуд в исполнении выходцев из Средней Азии. Примечательно, что здесь обычный хот-дог можно купить за $2. А если хорошенько поговорить и задобрить продавца, то и вовсе за доллар. Другая ситуация на Манхэттене. У выхода из Гранд Централа, к примеру, в точно такой же лавке, новичку-туристу хот-дог могут продать и за все $10.

Вид на южный Манхэттен с парохода, который, курсируя каждые полчаса, соединяет Манхэттен и Статен Айланд. Он бесплатный и проезжает совсем близко к Статуе свободы. Именно поэтому он всегда переполнен. А также еще и оттого, что для некоторых — это способ добраться домой в Статен Айланд после рабочего дня на Манхэттене, так как метро эти два острова не соединяет.

Так выглядит Бруклин во время еврейских праздников. Большинство магазинов и банков закрыты. Конкретно это фото сделано во время празднования праздника Суккот. Такая же ситуация и во время Песаха, Рош-Ашана, Хануки и многих-многих других праздников в еврейском календаре.

Это вид с набережной в районе Бруклин Хейтс на Статую Свободы. Она выглядит масштабно, на мой взгляд, только вблизи. По высоте, кстати, монумент равен Национальной библиотеке Беларуси.

Дмитрий Боярович, TUT.BY

Читать полностью: http://news.tut.by/culture/484962.html

Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Комментарий будет опубликован после проверки

Имя и сайт используются только при регистрации

(обязательно)